Семья как тренинг личностного роста. Статьи.

ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ КАК ИСТОЧНИК РАЗРУШИТЕЛЬНОСТИ

Инна Шифанова, Москва, психолог

Понимание гендерных различий, их влияния на психическую реальность и психическое здоровье

Исторические исследования, проведённые в 70-е – 80-е годы, показали, что представ¬ления о типично женском и типично мужском меняются даже в истории одного и того же общества. Таким образом, возникла необходимость различать биологический пол (sex) и социальный пол (gender), как социокультурный конструкт.

Под действием гендерных стереотипов и установок происходит искажение картины мира и образа «Я». Человек попадает в зависимость от прямых и ожидаемых оценок зна¬чимых других людей, снижаются способности его самооценки отстраиваться, эмансипи¬роваться.

Страх, ненависть к себе и стереотипы связаны друг с другом во взаимозависимый круг, угрожая нашему сегодняшнему счастью и лишая будущего.

Сексистские, религиозные, национальные предрассудки и стереотипы с детства делят людей, а потом общество на «своих» и «чужих». Они удобны тем, что заменяют понима¬ние и так глубоко укореняются в бессознательные структуры психики, что становятся не¬досягаемыми для рациональных доводов.

Более всего от стереотипов страдают основные источники человеческого счастья: лю¬бовь и творчество (в результате сужения сознания).

Патриархальный брак веками освящает рынок амбиций значительно чаще, чем «соеди¬нение душ». Любовь дефицитная и любовь бытийная это две непересекающиеся плоско¬сти и их законы различны.

Дефицитная или невротическая любовь обычно имеет садомазохистские черты, возни¬кает на основе фрустраций, дефицита нежности и понимания, и является чем-то вроде за¬щитного механизма психики. Любить, для такого человека, значит иметь, как вещь. Са¬домазохистские тенденции это непременное условие, обусловленное внутренней сутью патриархальной семьи, основанной на неравенстве. Именно эти тенденции, а не любовь, являются залогом прочности моногамного брака. Часто так много сил потрачено на лик¬видацию дефицита любви, что хочется найти гарантии сохранности хотя бы её видимости. Любовь может уйти, но семья - ячейка общества останется, как садомазохистский альянс.

Чего хочет женщина, того хочет Бог

Чего хочет женщина, того хочет Бог, означает только то, что мир поворачивается к ощущению женственности.

Мужчина и женщина не одинаковы, но это не может быть причиной исключения жен¬ского взгляда на мир из опыта человечества, ибо если на цивилизацию не влияет женская философия, то влияет её отсутствие.

Мужчина и женщина не одинаковы - именно это даёт надежду на выживание, отсутст¬вие женской философии такой надежды не даёт.

Пол разделил нас на два враждующих лагеря, не давая использовать либидо по пря¬мому назначению - снижению агрессии. Я хочу сделать вывод, что именно бессмысленная и изнуряющая война полов увела че¬ловечество от "экологического сознания” к угрозе конца света.

Мы ищем золотой век то в прошлом, то в будущем. Однако люди никогда не были сча¬стливы.

Разрушительный инстинкт, страх, недоверие, а значит одиночество - результат разви¬тия нашей цивилизации.

Веками, тысячелетиями мы ищем "дорогу к Храму", или просто к безопасности и по¬кою. Мы две тысячи лет пробиваемся к истинам Христианства; мы пытались заменить их истинами науки; мы не только спорили, но убивали друг друга "за веру".

...Нас обманули древние идолы и "золотой телец".

Земная жизнь была и остаётся адом для верующих и атеистов, богатых и нищих.

На этой земле, так же как в семье мы не сможем быть счастливы за счёт другой поло¬вины. Может быть "Все семьи счастливы одинаково", но никогда не бывает счастья для женской или мужской половины семьи.

Между тем, человечество помнит о жертвах многочисленных войн, о позоре рабовла¬дения, но оно не хочет признать как собственный позор гибель миллионов женских душ в "низеньких светёлках" патриархальных домов.

Если права человека нарушаются для мужчин - это называется преступлением, если для женщин - традицией.

Женщины воспитаны как люди второго сорта, рабыни, соответственно себя и ведут, с готовностью принимая мораль и логику господина и даже ревностно её отстаивая. Вожде¬ленной любви до гроба они не находят, свобода их пугает, а рабство уничтожает.

Я не знаю, кому мыть посуду, я не о том. Я о рабстве. У рабов в человеческой истории были разные функции. Они занимались не только физическим трудом, порой у них были творческие специальности. Это не мешало обществу и даже образованному классу считать их второсортными людьми.

Если мораль против здоровья, то, что должно выбрать человечество, в век, грозящий стать для него последним?

Если мораль против здоровья, то может ли она быть от Бога?

Дорога к Храму - это наш путь навстречу друг к другу

Поверив в собственные мифы, поверив в низшую природу женщины, в её неспособ¬ность Любить, мужчина сам себя навсегда лишил надежды на взаимность. Он остался одиноким и безликим в своей соревновательной культуре. Потому, что только Любовь де¬лает нас уникальными.

Загнанный в угол мужчина, чтобы хоть немного успокоиться, к одному мифу, о том, что женщина способна любить только деньги и успех, присочинил тысячи сказок о беско¬рыстии и самоотверженности принцесс и писаных красавиц к Иванушкам-дурочкам. Если мужчин надо спасать, то от стереотипа преуспевающего победителя и сексуального ги¬ганта, потому что невозможность следовать этим стереотипам делает их невротиками и преждевременно убивает.

Развитие цивилизации делает брак, основанный на дефицитной садомазохистской при¬вязанности, всё большей потребностью измученных конкуренцией людей, но он не ре¬шает проблем, а только загоняет их в подсознание. Сексуальность в семье теряет своё зна¬чение сдерживания агрессии, т.е. своё чисто человеческое значение. Именно поэтому се¬мья - это ещё не гарантия выживания человечества, это скорей источник невротизации общества. Это источник садомазохистских тенденций в обществе. Мало того, это источ¬ник сексопатологий и других нарушений психики.

Для того, чтобы это было по-другому, надо во-первых понять, что семья, как всё на свете, подлежит развитию и изменению. Как любая жёсткая система она теряет жизнеспо¬собность. Лучше потерять незыблемость брака, чем заменить его божественную основу садомазохистской привязанностью, которая удерживает сегодняшний мир в зыбком рав¬новесии, но не спасёт мир завтрашний. Отсутствие любви нельзя заменить тюремной кре¬постью семейных уз, и высокая рождаемость не спасёт от вымирания.

Патриархальная мораль, антисемитизм, садизм и национальная рознь имеют один ис¬точник - садомазохизм характера невротической личности нашей маскулинной цивилиза¬ции или ненависть к себе, ставшую эпидемией. Из этого же источника происходят войны и жестокость, поэтому в тысячах народных сказок любовь не просто побеждает, а побеж¬дает вселенское зло, не только для себя, для всех людей.

Нет альтернативы великому божественному дару - человеческой любви и сексуально¬сти. Только любовь, основанная на равенстве, исключает внутреннюю тревожность и изо¬лированность - основные причины существования садомазохизма.

Ничего удивительного, что любовь живет реже всего в патриархальном браке. Любовь это творчество свободных людей.

Любовь-” дитя свободы”, в ней самой заложена ответственность. Не стоит требовать вечной любви - она всегда принадлежит вечности.

Слабый наш разум, слава Богу, молчит, когда говорит сердце. И каждый из нас стано¬вится когда-нибудь необыкновенным и единственным.

Нас, несовершенных, несчастных и заблудших всегда ждёт впереди Любовь, которая всё прощает, которая видит нас другими, настоящими. Любовь удовлетворяет нашу по¬требность в признании собственной уникальности. Именно поэтому и существует рев¬ность.

В жизни есть смысл, когда в ней есть надежда на Любовь.

«Любовь - цель и смысл человеческого существования. Общество обречено, если оно и дальше будет задачи производства и потребления делать приоритетными, перед зада¬чами любви и культуры. Любое общество, которое исключает развитие любви, должно в конце концов погибнуть от того, что оно противоречит основным потребностям чело¬веческой природы» (Э.Фромм. Искусство любви. Минск, 91, стр.78).

Сексуальность вывела когда-то человека из животного царства, победив его агрессив¬ность. Сексуальность снова становиться нитью Ариадны, способной спасти, сохранить и вывести его из кризисов цивилизации. Сексуальность победит инстинкт разрушения и де¬градацию, войны и разобщение. В самые темные времена она стояла на стороне живого, импульсивного и творческого. И побеждала. Осмыслить свою агрессивность, человек мо¬жет только осмыслив свою сексуальность. Отрицая и то и другое, невозможно справиться с агрессивностью.

Любовь и сексуальность - вот, что остановит мир у пропасти на краю, как бы безна¬дежно он не выглядел сейчас. Я предлагаю благодарить Бога за каждый сексуальный акт, как за кусок хлеба. К половому акту надо относиться как к молитве, тогда не будет раз¬врата, и только тогда не надо будет “спасать семью”, и только тогда она будет безопасной для детей, только тогда закончится война полов нашей общей победой.

Я думаю, закончатся и остальные войны, потому что для сексуальности нет цвета кожи, нации, богатства. Любовь к Женщине никто и никогда не заменит любовью к вождю. Господи, прости нас за то, что мы сделали с твоим великим даром! Секс давно стал предметом купли, продажи и шантажа. И прежде всего в семье.

Влияние гендерных стереотипов на креативность (творчество, способность генери¬ровать идеи)

В науке существует метод, требующий аккуратности, внимательности, навыков и зна¬ний, но не способности генерирования новых идей (Маслоу назвал этот метод вторичной креативностью и вторичной наукой). Первичная креативность, которая обнаруживается у особо творческих людей, способных на оригинальность, происходит из бессознательного и изначально обнаруживается у всех здоровых детей, но большинство людей с возрастом теряют её.

Первичная креативность - это вид интеллектуальной игры, которая позволяет быть со¬бой, фантазировать, не отказываясь от «безумных» идей. В этом состоянии человек ленив, неблагоразумен, нереалистичен и проявляет «женские черты»: мягкость, эмоциональ¬ность, ребячливость, грусть, романтику, нежность.

Т.е. все творческие качества принято считать женственностью и слабостью и подавлять в рамках нормального мужского взрослого приспособления. Всё это изгоняется как опас¬ное для имеющегося образа «мужского достоинства».

Однако многое из того, что считают слабым, вовсе таковым не является, потому что надо иметь мужество не быть похожим на других, высказывать неординарные идеи, не бояться ошибок и проигрыша в том, что считается успехом.

Когда вторичные процессы отделяются стеной от первичных страдают и те и другие.

Вторичные процессы, изолированные от первичных, обусловлены страхами и фрустра¬циями и представляют систему защит, подавлений, контроля и компромиссов. Такой че¬ловек, прежде всего, несчастлив, и таких людей большинство.

Человек, у которого вторичные процессы контроля, рассудка и логики разрушены - бо¬лен шизофренией.

Людей, умеющих сочетать эти качества 1% (по Маслоу).

Такую цену платит человечество за гендерные роли и сомнительное удовольствие от взаимных обвинений.

Конфликт, связанный с самореализацией женщины проявляется в установках, разнооб¬разие которых простирается от одной крайности - полного отказа от женственности, до противоположной - совершенного неприятия интеллектуальной или профессиональной деятельности.

С возрастом запускается в действие бессознательное стремление вырвать мужчину у судьбы, доказывая собственную слабость, зависимость и беспомощность.

Установка на пассивную роль ведёт к парализации развития. Между тем уже в волшеб¬ных сказках девочкам внушается архетип пассивного ожидания счастья в виде принца, героя, спасителя.

Вывод о связи природных интеллектуальных задатков с социально значимыми успе¬хами можно сделать лишь в том случае, если общество поощряет личностные достижения и правящая элита на всех уровнях власти является одновременно и интеллектуальной эли¬той. Однако наблюдается противоположная реальность, когда социальный заказ на та¬лантливых людей составляет лишь мизерную часть реально существующего творческого потенциала.

Любовь и творчество это богоподобие, которое конечно присуще только человеку, и, надо осознать, что женщина, отказывающая себе в праве на творчество, на самом деле от¬казывается от этого богоподобия и бессмертия . Это отрицание величия человека в себе.

Человечество снова нуждается в острой и срочной необходимости философского обоснования обыденной жизни, которую нужно изменить в корне. "Все так считают", или "всегда так было" не может быть доказательством истины. Это не поможет чело¬вечеству выжить.